Рептильная война. Часть Седьмая. Крёстная, карантин, разведка боем.

    Глубинка... Американская, камбоджийская, российская - какая разница, разве не так? Глубинка - она и в Африке глубинка. Все эти небоскребы, вся эта логистика, инфраструктура, финансы, цифровой шариат - все это как искусственное увеличение груди. Но в любой постели все дороги ведут в Рим. Вернее, в "глубинку". А "небоскребы" - это так, для повышения аппетита... 

   Да, ходили слухи, что с неба упал сбитый летчик. Мол, он катапультировался. Но его расстреляли в воздухе. В мясо. В фарш. Просто смешали сухожилия со стропами. Именно поэтому, когда это месиво упало на землю в одну из таких, неважно каких, глубинок, никто сильно не спохватился. Кроме одной ведьмы, которая и украла сбитого летчика. Вернее то, что от него осталось. Все отвернулись, а мужики с лопатами опоздали. Только один долго смотрел во след скутера, на котором ведьма и увезла мешок с торчащими из него красными стропами... 

    Он слыл немного странным, хотя, к его чести будет сказано, сам таковыми считал остальных. Его отличие от других заключалось лишь в том, что к странностям других он относился уважительно, но не очень терпимо, в то время, как эти остальные относились к нему без доли уважения, но с высокой степенью толерантности, как раз и уравнивающей часу этих весов. 

   Он смотрел во след уже даже не визуальной картинке, а уходящему вдаль и теряющемуся за поворотом звуку, когда увидел, как как раз оттуда, сперва лёгким бегом, а встретившись взглядом - ускоренным, к нему бежит мужчина в военной, вроде бы, форме. 

- Слышишь, отец! Куда она меня повезла? 

Местный мужик никогда не был отцом, исходя уже лишь из одной озвученной выше причины, ибо такому попробуй ещё подыщи пару. И, услышав обращение к себе, в котором прозвучало слово "отец", он невольно растрогался, вспомнив собственного отца, который бросил его маленьким, а потом всю жизнь жалел, но дело было сделано, что уж поделать. Однако, он даже не знал, что за ним тайком и до самой смерти присматривал этот ненормальный, подружившись с детьми своего отца от нового брака. Он часто был дома у своего отца, а тот даже не подозревал, что это его сын. Настолько не похожим ни на него, ни на его бывшую был тот малец. Все из-за характера. Наверное, он повлиял на его внешность. Либо был зачат в перерыве за чтением какой-то странной книги, типа, "Некрономикона" или очередного нового учебника по истории очередной старой новой страны, не ясно. 

 - Слышь, говорю, урод тупорылый?! Куда эта б., с., эта ш.ё., п.б., нх. ёвр., меня, нх. с. б., повезла, спрашиваю тебя, д., б., зсуш.?!!

  Мужчина пришел в себя. 

- К себе домой тебя повезла, сынок. Но ты, ты не волнуйся так. Занимайся своими делами. А когда все порешаешь, с чем прилетал, скажешь мне, чтобы я раньше времени тебя не спас. В конце концов, живым или мертвым, тебе же все равно приказано было выполнить задание, верно? Ну, не выполнил живым - выполнить мёртвым.

- Значит, я всё-таки... Вот, же п...ы!!! Представляешь: дружественный огонь, называется! 

- Свои, что ли?! 

- Типа того, бать, походу. - Молодой десантник осунулся, из его тела пошла кровь из всех сквозных отверстий крупного калибра. Он присел и закрыл лицо руками и натирая его, словно неимоверно сильно устал. 

- Я тут подумал... Может, так и было задумано? Может, до твоего врага не добраться в живом теле? Никто не знает, что происходит с погибшими солдатами дальше. Наверняка, кто-то захочет закончить начатое, не знаю. Впрочем, кто их спрашивал. 

- Ладно, отец. Мне пора работать. Как договаривались? 

- Да. Похоже, та ведьма была в курсе твоего задания. Но я проконтролирую не, не переживай. 

- Все хорошо, только я не отбрасываю тень. 

- Значит, тебе туда, где ты будешь отбрасывать свет, и где чёрное светило будет во главе твоего временного пристанища. 

Молодой десантник, конечно же, уже не слушал этот бред, а проверял содержимое того, что было при нем. Не найдя что-то из ожидаемого, десантник застегнул рюкзак с задумчивым видом, вспоминая, была ли при нем не найденная вещь изначально. Закинув вещи на плечо и сделав первые шаги вперёд от местного мужчины, что-то засветилось справа от его головы прямо в воздухе. 

   Местный посмотрел вниз и, заприметив что-то, кряхтя подался вперёд и вниз, одновременно окликая десантника:

- Кажется, это то, что ты искал.

И пока десантник разворачивался и подходил обратно, местный успел рассмотреть на плотную карточку с изображением на ней. Там был деспотический портрет в духе стабильной тирании хищной и обольстительной  женщины-рептилии с убийственно пронзительным взглядом, столкнувшись с которым создаётся ощущение, что ты читаешь запрещённую для илотов литературу. 

- Это баба твоя, что ли, сынок? - не отводя глаз от портрета хвостатой женщины спросил местный.

Десантник аккуратно взялся за карточку с другой стороны, не выдергивая, а терпеливо ожидая, пока местный сам выпустит не из своих грязных пальцев. Тот отпустил, словно загипнотизированный от чувства, которое нисходит в редких случаях, когда ты о чем-то подозревал, и оно оказалось правдой. Это не всегда хорошо, конечно. В особенности, если подозревает в измене свою девушку. Но, как  его первая и последняя бывшая девушка, так и тот, с кем она регулярно спала, встречаясь с местным в его юности, никто не считал, что это измена: глядя на него, изменой, скорее, было бы как раз выпутаться с ним в отношения - измена рассудку. 

- Нет, крёстная. - Невозмутимым голосом ответил десантник без особого желания, но исключительно из чувства признательности к внимательности и порядочности местного.

В этот день никто не умрет и не родится: приказано было никого не впускать, никого не выпускать. Карантин, на фоне которого начнется разведка боем спецами Внеземного Отряда "ядерных партизан". Кроме этого парня, больше в этот день никто не умрет... А все, кто родится уже на следующий день - будут неприкасаемыми гражданами новой эры. 

12 июля 2026 года

ЛНР, РФ

А.В.С.